Что такое экономика? 
| PDF
Разговор пойдёт про Политэкономию и Макроэкономику: на данный момент это два доминирующих подхода к анализу экономических процессов. В Советском Союзе планировали экономику, а на Западе доверились рынку: отсюда разница. Но суть была едина: элита старалась построить идеальную экономическую модель и реализовать её на практике. Выделим три успешные попытки:
1) План ГОЭЛРО (Ленин и Кржижановский).
2) Индустриализация тридцатых в СССР (Сталин и Куйбышев).
3) Новый курс в США (Рузвельт и Кейнс).
После Кейнса экономическую мысль Запада возглавил монетарист Фридман, а затем методист Лукас, который разрабатывал модели бизнес-циклов. Оба были оторваны от реальности и толком на решения власти не повлияли. Прогнозы Фридмана не оправдались в восьмидесятые, а последователей Лукаса в 2008 году. При этом, оба выступали за минимизацию участия государства в экономике:
1) По Фридману государство отвечает за силу и печатный станок.
2) Лукас добавил ответственность за стабилизацию экономики.
У Лукаса интересная позиция: государство может проводить реформы, но не может влиять на агентов рынка. Задача государства: заранее и подробно информировать агентов о своих действиях. По его мысли, агенты рациональны и найдут лучший способ адаптации к действиям государства. Чётко обозначить, что государство должно реформировать и с какой частотой, Лукас не решился. Уже хорошо, что Роберт принимал неизбежность провалов и обозначил, что только государство может быстро и чётко вывести экономику из кризиса. Фридман был конкретнее.
В общем, на Западе продолжают усложнять экономику и бороться с организующей ролью государства: надежда на рациональность участников рынка не имеет границ. Такова традиция, которая происходит от Адама Смита. У нас ситуация стремится к балансу: экономика была сложной и мы её упростили, но осознаём регулирующую и организующую роль государства. Мы понимаем, что государство должно возглавить новый цикл усложнения экономики, иначе наука продолжит стагнировать. Гипотеза:
Чем сложнее экономика, тем важнее роль государства.
Под сложной экономикой понимаем урбанизацию с индустриализацией: в городах живут миллионы людей, которые работают на больших предприятиях. Если предприятия работают по единому плану и крепко связаны по логистике, то результат будет хороший. Если каждый сам за себя, то мучительная монополизация.
Монополизация - это процесс развития производственных сил.
Схема: более эффективный собственник поглощает менее эффективных и таким образом растёт общая производительность труда. В результате монополия становится государством в государстве, потому что полностью контролирует производство металла или добычу угля. Дальше вопрос амбиций главы монополии: при желании он может претендовать на власть. Поэтому большие предприятия должны быть в собственности государства, иначе битва исполинов приводит к неоправданным жертвам и задержкам в развитии. Западная схема: если традиция не позволяет собственникам договориться, то можно направить хищников заграницу. Решения кредитовать Европу, планы Дауэса/Маршалла были спасительными для экономики США, потому что покушать хватило всем хищникам. Затем подарком стал распад СССР, который обозначил кризис социализма и множество питательных веществ для корпораций. Таким образом, возможность экспансии вовне отдаляет финальную схватку собственников на внутреннем рынке.
Наша традиция исходит из привычки помогать соседям, что мешает собственникам грабить более слабые рынки. Однако, ЛУКойл решил нарушить традицию и вышел на рынок Венгрии/Румынии. Затем произошло империалистическое столкновение: теперь венгерские и румынские НПЗ должны перейти к западным собственникам. СВО даёт новые возможности для экспансии, которая уменьшает общий уровень напряжения внутри США. Следующая гипотеза Социологии Неповинных:
Интересы собственников сталкиваются, что провоцирует конфликты.
Чем больше собственников, тем больше конфликтов.
Собственность работает схожим образом с оружием: монополия на оружие создаёт порядок, а отсутствие монополии провоцирует массу мелких, но кровавых стычек. Девяностые - это наш свежий пример. Сейчас (май 2026) Росимущество борется с собственниками, которые забрали активы через криминальные схемы. Таким образом ускоряется монополизация. Цикл развития естественным образом вернёт нас к единому собственнику, который будет управлять экономикой: при госкапитализме финансовыми инструментами, а при социализме плановым методом.
Единый собственник знаменует пик и дальнейшее окончание цикла развития: экономика снова рассыпается, появляется масса собственников, которые уходят на новый цикл борьбы за эффективность. В этом вопросе мы на шаг впереди США и Китая, потому что первый цикл централизации производства закончили. Но у США особое географическое положение, которое позволяет растягивать процесс монополизации за счёт безопасного грабежа, а Китай имеет огромное количество ресурсов, что может дать особый рывок в процессе первой индустриализации. Наш традиционный плюс - объём опыта и склонность к экспериментам (или наоборот).
Экономика - это инструмент, который помогает решить определённую задачу. Саму задачу определяет элита, опираясь на своё мировоззрение. Верно построенная экономическая модель ложится на реальность и даёт результат. Нерабочая модель конфликтует с реальностью, что приводит к потере ресурсов. Задачи экономиста:
1) Под задачу собрать информацию об актуальном состоянии экономики.
2) Придумать, как с меньшими затратами решить задачу.
Анализировать всю экономику и строить идеалистические модели не обязательно. Экономист является математиком, который должен просчитать несколько моделей под конкретную задачу. В конце концов экономисты этим и занимаются: просто теоретическая работа должна уйти на второй план. Важнее набирать опыт на практических задачах, чем придумывать идеальные модели рынка или коммунизма. Однако, чтобы активно набирать опыт, должны меняться задачи. Можно двигаться пятилетними планами, можно ждать кризис, можно разработать пошаговый план развития экономики на десятилетия: элита должна решить, что мы делаем.
ХХ век на уровне экономики - это переход от религии к научному методу. Верить в конец истории, в связи с построением коммунизма или рынка, - это наивно, то есть у экономистов и политиков местами срабатывает религиозное мышление. Только в образе мессии предстают системы устройства общества. Мы не построили коммунизм, потому что его не надо было строить. Задача советской власти была в урбанизации и индустриализации. С другой стороны, Кейнс оправдал участие государства в экономике США и решил проблему всеобщей безработицы. У нас ругали партию за индустриализацию, там ругали Кейнса за излишек государства в рыночной экономике. Без ругани никак, потому что надо оправдать постановку новой задачи в экономике: обозначить, что мы прошли цикл, решили задачу и буксуем. Ругани станет меньше, если элита возьмёт больше ответственности.
1. В Макроэкономике продолжают придумывать нерабочие модели.
2. В Политэкономии кризис с отсутствием активности.
3. Экономистам никто не даёт конкретных задач.
4. Придумывать задачи должна власть.